Brandenburg Concerto No.2 in F major, BWV 1047 (Cellos)

Композитор: Reger Max
Инструменты: Solo: recorder, oboe ; trumpet (in F) ; violin
Orchestra: harpsichord ; 2 violins, viola, cellos, violone
Тональность: F major
Формат: PDF
Опус: BWV 1047
Загрузок: 4

Увлечение музыкальным миром часто может быть столь сильным, что индивидуум будет по-новому воспринимать действительность, погружаясь целиком в удивительную вселенную звуков. Нередко приходится отмечать, до какой степени увлекаются собственной игрой джазовые музыканты. Если джазмены пускаются в импровизацию, ощущаешь, будто индивидуум элементарно находится в трансе. В самом деле, реальные джазовые музыканты, в порыве, попросту отдаются своему подсознанию, которое тут же генерирует совершенно гениальные мотивы. Естественно, далеко не каждый музыкант может выключить собственное подсознание на сцене, и все же эти гениальные личности опять доказывают, что за сила скрывается в простых нотах музыкальных инструментов, когда эти звуки соединяются в волшебную композицию. Без сомнений, непоколебимая сила…

А размышляли ли вы, в каком веке зародились звуки музыки? Так, скажем, мифы заверяют, будто звуки музыки дарованы нам свыше, потому что наш мозг не сумел бы придумать такое. Тем не менее, многие историки говорят, будто музыка зародилась еще при первобытно-общинном устройстве, после того, как люди увидели, что некоторая последовательность нот может помочь ребенку засыпать, или же созывать овец. Вероятно, первая музыка была абсолютно не звучной. Первобытные люди пытались подражать голосам животных либо птиц, а ритмичность была главнейшей в стародавних напевах. Даже сегодня у отдельным племен Африки барабан является центральным музыкальным инструментом их необычных напевов. Сложно сказать точно, и все же, вероятно, доисторическая мелодия сейчас полюбилась бы далеко не всем.

Нужно отметить, что звуки музыки сопутствуют человеку везде. В XVIII столетии придумали даже особый язык музыки. Основой слов для этого языка служили конкретные нотные символы и их подборки, поэтому, каждое слово и предложение было можно сыграть на пианино. После воплощения основных моментов, морфология оттачивалась составителем, а также адептами тридцать лет. Беседа на языке мелодий должна бы выглядеть достаточно необычным процессом. Ясное дело, несмотря на несомненную, музыкальный язык показался пользователям ужасно тяжелым и вскоре позабылся. Сейчас особо не стремятся придумать нечто подобное, к тому же, с момента зарождения, музыка прозрачна для всех, и люди понимают музыку без всяких переводчиков.

С музыкой связано множество великолепных сказаний. Есть сказание о чудесном спасении города Краков отважным часовым. В соответствии с легендой, заприметив на подступах врагов, дозорный пустился трубить тревогу, однако моментально его сердце поразила стрела. До того, как упасть, отчаянный трубач закончил играть сигнал и свалился замертво. С тех времен, дозорный из Кракова, ежечасно слышный повсюду, замирает на последнем звуке, как дань памяти о храбром хейнале, который спас город от враждебных монголов. Конечно, данная легенда не одна, надо просто припомнить музыкантов, которые вели за собой армии в атаку. Музыка, безусловно, имеет громадную мощь, однако, в сочетании со смелым сердцем, она может повести в любой бой миллионное войско.

Зачастую мы не понимаем музыкальный язык. Тем не менее, в нескольких тысячах нот нередко побольше смысла, нежели в грандиознейшем повествовании, когда-либо написанном писателями. По-настоящему волшебным образом мелодия может творить определенные образы, и вслушиваясь в нее каждый четко сможет рисовать в уме те мысли, что хотел показать композитор. Конечно же, в основном такая фишка могла относиться исключительно к классической музыке, поскольку тут использованы все переплетения нотных знаков. Теперешняя музыка на порядок примитивнее. Сейчас авторы по большей части делают композиции, которые могут собрать хорошие деньги. В средние века, великие музыканты не думали о наживе, а элементарно трансформировали в нотные символы свои размышления. Именно благодаря этому классика жива и в наше время.